0
Две женщины не поделили ребенка и теперь девочка осталась сиротой при живой матери. История действительно запутанная, хоть фильм снимай.
Все началось в квартире, где проживало 11 граждан Узбекистана. Среди них была 20-летняя Фарангиз, которая неожиданно для себя и своей семьи забеременела. Она не стала сообщать родителям, исповедующим ислам, боясь их гнева.
Решение пришло быстро. Соседка рассказала о некой Райхон, которая с радостью заберет новорожденного, потому что сама бесплодна. Девушки придумали хитрую схему, в которой Фарангиз рожает ребенка, а затем Райхон с мужем забирают малышку. Всех участников устроил план. Но потом что-то пошло не так.
Рождение ребенка проходило в родильном доме №9 в Санкт-Петербурге. На руках врачей «волшебным» образом оказался паспорт Райхон, чтобы зарегистрировать ребенка. Биологическая мать сбежала сразу после родов. За малышкой пришла «удочерительница». И вроде никто не заметил подмены матерей.
Девочка родилась с пороком сердца. Пришлось экстренно проводить операцию, на которой присутствовала ее биологическая мать (может совесть замучила). При выписке из больницу ребенка забрала Райхон.
Все бы ничего, но у Фарангиз начала налаживаться личная жизнь и появился парень Абдулло, который настоял вернуть ребенка. Законная мать обратилась в полицию с заявлением о киднеппинге. Удочерительницу и ее мать забрали в отдел, где обвинили в похищении несовершеннолетнего ребенка в составе группы. Женщин посадили в СИЗО на год.
Биологическая мать надеялась, что ей отдадут ребенка, но не тут-то было, поскольку у нее не было документов. И девочку поместили в дом малютки.
До этого момента история была подкреплена логикой, то дальше начали происходить совершенно нелогичные вещи. Каким-то образом Фарангиз и Райхон помирились. Адвокат удочерительницы и ее матери добился их освобождения. Дело закрыли. Но ребенка никому не вернули. Да у них и прав теперь нет претендовать на нее.
Вот так девочка осталась сиротой при живой матери и женщине, готовой ее удочерить.
Стоит ли здесь говорить о справедливости и законности, здравом смысле или остается просто надеяться на чудо? Понятно одно, что ребенок – не вещь, которую можно делить и отказываться, когда она становится не нужна.
(На фото 20-летняя Фарангиз - биологическая мать ребенка)
