Это не Сомали. Не Колумбия. Даже не Украина. Это — Соединённые, так их и эдак, Штаты Америки. Страна, в которой последний завод полного цикла по производству антибиотиков, закрылся в 2004 году.
О чём наиболее уместно и актуально говорить во время пандемии? Разумеется, о средствах и способах её лечения! Вирус COVID-19 продолжает своё неумолимое распространение по планете, но он, как все уже поняли, хоть и опасен, но не непобедим — его в силах одолеть традиционное лечение с помощью антибиотиков. Всё нормально, можно перестать беспокоиться?
Ну… смотря кому. Есть страны, которым как раз нужно начинать беспокоиться — причём со страшной силой. Это страны, где своё производство антибиотиков отсутствует, страны с полной зависимостью от импорта тысяч жизненно-важных лекарств, страны, где фармацевтическая промышленность находится в невиданном упадке.
И нет — это не Сомали. Не Колумбия. Даже не Украина. Это — Соединённые, так их и эдак, Штаты Америки. Страна, в которой последний завод по производству пенициллиновых антибиотиков, закрылся в 2004 году.
«Антибиотики, которые превращают опасные для жизни инфекции в незначительные неприятности, считаются самым большим достижением в современной медицине. Но представьте, если поставки антибиотиков в Соединенные Штаты были внезапно прекращены.
Американские представители национальной безопасности обеспокоены этим сценарием, поскольку они сталкиваются с этим мало понятным фактом: подавляющее большинство ключевых ингредиентов для лекарств, на которые полагаются многие американцы, производятся за рубежом, в основном в Китае.
По мере того, как оборонное ведомство США все больше обеспокоено потенциально враждебными амбициями Китая, цепочка поставок фармацевтических препаратов подвергается новой проверке. „Если Китай закроет двери для экспорта лекарств и их основных ингредиентов и сырья, больницы США, военные госпитали и клиники прекратят функционировать в течение месяцев, если не дней“, — сказала Розмари Гибсон, автор книги на эту тему».
Нет, это не внезапный алармизм — статья была написана полгода назад, в сентябре 2019 года. В ней поднимались давно наболевшие вопросы полной фармацевтической зависимости США от КНР.
«Полной» следует понимать в самом буквальном смысле — Штаты импортируют подавляющее большинство своих лекарств из КНР и Индии уже не первое десятилетие: «Важнейшие ингредиенты для большинства антибиотиков в настоящее время производятся почти исключительно в Китае и Индии.
То же самое верно для десятков других важных лекарств, включая популярное лекарство от аллергии преднизон; метформин, при диабете; и амлодипин, для высокого кровяного давления. Из 1154 фармацевтических заводов, упомянутых в заявках на производство лекарств в Управлении по контролю за продуктами и лекарствами в 2007 году, только 13 процентов были в Соединенных Штатах.
Сорок три процента были в Китае, и 39 процентов были в Индии». Знаете, какого года эта статья? Не 2019, нет — на десять лет раньше. 2009. В тревожный колокол били год за годом, год за годом — но без толку.
Аналитики, военные и журналисты рассматривали самые разные угрожающие ситуации: держа руку на пульсе (практически буквально) у сотен миллионов больных граждан США, Китай может диктовать любые условия в торговых войнах, может проводить массовые диверсии путём подмены компонентов в своих лекарствах на другие, с нужными (и опасными) побочными эффектами, наконец — может просто оставить США без медикаментов в случае прямого военного столкновения.
Но ситуации с короновирусом ни один аналитик не предвидел! Никто не мог предположить, что Китай может ставить Америку без лекарств просто потому, что сам по форс-мажорным причинам остановит их производство, либо перенаправит весь поток на внутренние нужды. Пока этого не произошло, но с ходу отметать такой вариант развития событий уже, как минимум, легкомысленно.
Допустим, что это таки случилось! Пекин с глубокой скорбью сообщает Вашингтону, что эпидемия выбивает так много рабочих рук, что фармацевтические заводы существенно снижают темпы своего производства, и то, что они изготавливают, с трудом хватит на китайские нужды, масштабы которых в связи с эпидемией стали в разы больше американских. И всё — поток лекарств в США иссякает. Пусть не полностью даже, пусть наполовину (есть ведь ещё и Индия), но половина — это тоже ой как много (просто представьте, что в какой-то стране стало в два раза меньше хлеба, бензина или гигиенических прокладок).
Даже в обычных, не пандемических условиях — это МЕГА-катастрофа национального масштаба. Хуже цунами, хуже войны, хуже экологического бедствия. Все диабетики, все гипертоники, все «хроники» болезней внутренних органов, все страдающие заболеваниями психики и нервной системы оказываются в аду.
Ладно там, простуда — её можно вылечить по старинке, аспирином (который синтезируется в школьной химической лаборатории) и чаем, а как по старинке вылечишь инсулиновый шок? Гипертонический криз? Почечную колику? До четверти страны при таком сценарии просто выбывает из ритма нормального существования — и это мы говорим пока только о людях не-пожилого возраста. О пенсионерах даже думать не хочется.
И вот тут мы плавно от увертюры переходим к основной части концерта: вообще-то основной негативный сценарий — перепрыгивание COVID-19 в США — уже произошёл, и число заболевших хоть и не бешеными темпами, но растёт. Мы уже писали о том, что для этого есть все идеальные условия — огромное количество бомжей, антисанитария, невозможность применить карантинные мероприятия. Прибавим теперь к этому потенциальное отсутствие нужного количества антибиотиков — и вуаля, все всадники Апокалипсиса в строю!
А что у нас, в России? В России всё гуд и ол райт: в 2019 году в Саранске стартовало возрождённое производство полного цикла антибиотиков на заводе «Биохимик». Стратегическая независимость — она такая, и о ней заботятся не на словах, а на деле. У нас. А у них — нет.
