Рассказывают, что когда маленький Никол объяснял, почему он опоздал на занятия или не выполнил домашнее задание, послушать его собиралась вся школа. А в прошлую пятницу вся страна собралась послушать премьера Пашиняна, который объяснял в Капане, каких фантастических успехов добилось возглавляемое им правительство в прошлом году.
.
НЕ ЗНАЮ, КАК ВЫ, дорогие сограждане, но я чуть было не впал в кому, меня прямо колотило от гордости, аж пот из ушей проступил. Ну вот, думал я, наступило оно, светлое будущее, как есть наступило. Даже не наступило, а нагрянуло. Ещё лучше стало, чем мы надеялись, ещё прекраснее, чем мы мечтали. Остается только хлопать в ладоши и плакать от счастья, созерцая светлый лик любимого вождя.
Но самое интересное началось, когда Пашинян стал отвечать на вопросы журналистов. Здесь мы столкнулись с тем крайне редким случаем, когда бывает дым без огня. Независимо от содержания вопроса премьер переводил разговор на «бывшие коррупционные власти», «представителей коррупционного режима», «остатки коррупционной системы», «коррупционную кормушку» и т.п. Так вести себя может лишь человек с бдительностью на грани паранойи.
Между тем ещё в августе 2019 года на заседании совета по антикоррупционной политике Пашинян во всеуслышание заявил, что системная коррупция в Армении искоренена полностью. Спустя несколько дней на эту тему высказался, правда, более осторожно, и начальник полиции Валерий Осипян. Согласно последнему, коррупцию нельзя искоренить, но нужно загнать в такие рамки, в которых будет невозможно её существование.
Тут есть очень тонкий, но очень глубокий нюанс. Итак. Мы загнали коррупцию в рамки, в которых её существование невозможно. Но это не значит, что мы её искоренили. Существование её уже невозможно, а искоренить всё равно не удаётся. Блестяще! Вся наша жизнь в этих словах. Существование наше в условиях «новой Армении» уже давно невозможно, а искоренить нас властям всё равно никак не удаётся. Однако Пашинян так и не оценил гениальность сей формулировки и скоро уволил Осипяна.
Но потом уже сам, на заседаниях правительства, неоднократно говорил о необходимости борьбы с коррупцией, то есть явлением, которого нет. Короче, пересказывал своими словами таблицу умножения. Зато как слушали! Господи, какие лица! Генпрокурор Артур Давтян только как-то вздремнул на рассказе о коррупционных схемах, а потом, на нейтрализации коррупционных угроз, окончательно уснул руководитель ССС Сасун Хачатрян: не выдержал, наверное, напряжения, исходившего от премьера. Слишком близко сел. Зато министр юстиции Бадасян на безопасном расстоянии от оратора конспектировал самые запавшие в душу места.
22 ЯНВАРЯ 2020 ГОДА в Национальном собрании Пашинян выразил недовольство темпами и объёмом антикоррупционной борьбы, направив на этот раз все стрелки в сторону Конституционного суда. По его словам, правоохранительные органы справедливо опасаются, что КС в конце концов… освободит всех коррупционеров. Но позвольте! Конституционный суд никого не заключает под стражу и никого не выпускает на свободу! КС только даёт заключение о конституционности того или иного действия, решения, законопроекта. От правоохранительных органов «новой Армении» нельзя требовать ни особых (или даже не особых, а хоть каких-то) знаний, ни способностей к логическому мышлению. В случае с премьером требование такого минимума уместно.
Неужели после всего этого не стоило хотя бы некоторое время тихо посидеть дома в тёмной комнате? Нет! 25 января в Капане Пашинян снова обвиняет судебную власть, и в частности КС, как в коррумпированности, так и в покровительстве коррупции. Здесь заметим, что премьер всё-таки не прокурор, и стилистика А.Я.Вышинского в его устах вызывает желание вызвать санитаров. Но это так, к слову.
Самое опасное заключается в том, что «борьба с коррупцией» действующими властями используется для устранения политических соперников и неугодных лиц, для беспрецедентного давления на КС и его председателя Грайра Товмасяна. И это сегодня очевидно для всех и, кстати,не только в Армении. Не случайно экономист мирового масштаба Дарон Аджемоглу, с которым Пашинян связывал большие надежды и надеялся на его помощь в осуществлении экономических реформ, на днях в интервью «Голосу Америки» заявил: «Борьбу против коррупции нельзя превращать в средство преследования политических соперников», и это отрицательно сказывается как на системе государственного управления, так и на борьбе с коррупцией.
КСТАТИ, В КАПАНЕ Пашинян заявил, что полностью согласен с мнением Дарона Аджемоглу. Согласен, но продолжает использовать борьбу с коррупцией в качестве средства устранения политических оппонентов? Это пример того психологического феномена, который Джордж Оруэлл в своём знаменитом романе определил как двоемыслие: «Двоемыслие – это способность придерживаться двух взаимоисключающих мнений и верить в оба». Несчастные скептики! Что вы вообще знаете о возможностях человеческого организма.
Так, значит, спрашиваете, как власть у нас борется с коррупцией? Знаем, знаем мы ответ на этот непростой вопрос. Помните бессмертный диалог Жванецкого в миниатюре «Как шутят в Одессе»?
Жилец: - Почём стоит похоронить?
Бригадир: - По пятёрке на лицо.
Жилец: - А без покойника?
О том, как шутят в Одессе, написал Жванецкий. О том, как действующая власть «новой Армении» борется с коррупцией, он вполне мог бы написать. Потому что эта власть борется с коррупцией приблизительно так же, как шутят в Одессе.
Гагик Мкртчян, "Голос Армении"
