В Государственной думе предложили признать недействующим на территории России постановление Съезда народных депутатов СССР от 1989 года об оценке пакта Молотова-Риббентропа. С такой инициативой, как пишет «Парламентская газета», выступил депутат Алексей Журавлёв.
Про этот пакт не вспоминали больше 30 лет. Почему вспомнили сейчас?
— Да не сейчас о нём вспомнили, — говорит доцент кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ, кандидат исторических наук Вадим Трухачев.
— Такого рода предложения звучат при каждом обострении отношений с Западом, Прибалтикой, Польшей, а теперь ещё и Украиной. Но теперь, когда Европарламент счёл СССР равно ответственным за развязывание Второй мировой войны, это выглядит логичным ответом.
«СП»: — Действительно ли постановление было принято под давлением?
— Определённое давление на СССР в 1980-е годы, конечно, было. Но какой-то несправедливости не вижу. В договоре о ненападении от 1939 года нет ничего выдающегося для того времени, что требует от нас бесконечных покаяний.
«СП»: — Журавлев считает, что акцент на тайном характере протокола и выводы о том, что ряд его положений противоречили суверенитету и независимости третьих стран, «не могут быть признаны состоятельными», поскольку «практика заключения секретных протоколов была характерной чертой дипломатии того времени». При этом протокол не предусматривал изменение границ других стран каким-либо образом, в том числе военным, в отличие от способов сегодняшнего дня…
— С первой частью предложения можно согласиться. Со второй — не совсем. Изменение границ случилось, причём вынужденное. Смена власти и строя тоже случилась, как и позднее с «цветными революциями». Но опять же — стесняться тут нечего. Таковы были требования времени.
«СП»: — Будет ли принято предложение Журавлева?
— Думаю, не будет. Большинство в Думе принадлежит «Единой России», выполняющей волю Кремля. А там пока не склонны делать резкие движения на сей счёт. Там господствует линия на признание перестроечных договоров при оправдании договора 1939 года. Желания дополнительно портить отношения с соседями нет.
«СП»: — А если бы приняли, как бы Запад отреагировал?
— Будет много шума в Прибалтике, Польше и Румынии. Возможны новые санкции ЕС и США. Хотя повод для введения новых ограничений они и так придумать могут.
— Депутат Журавлёв, пожалуй, самый частый посетитель околополитических ток-шоу среди отечественных парламентариев, — напоминает исполнительный директор Международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок.
— Именно в таком формате наиболее полно проявляются его риторические способности и рассчитанный на медийный эффект креатив. Инициатива по пакту Молотова-Риббентропа — продолжение линии медийного креатива депутата уже на уровне непосредственно Государственной Думы.
Насколько вероятна поддержка другими парламентариями данной инициативы, сказать сложно. Ещё год-два назад можно было с уверенностью сказать, что это совершенно невозможный сценарий. Сегодня же в контексте обострения «войн памяти» между Россией и коллективным Западом пересмотр осуждения советско-нацистского пакта 1939 года кому-то в Москве может показаться своевременным зеркальным ответом. Мол, они там в своих европарламентах приравнивают нацизм к коммунизму, а мы им за это отменим осуждение пакта Молотова-Риббентропа. Правда, это, на мой взгляд, скорее сыграет России в минус, но сон разума рождает чудовищ.
«СП»: — Почему сегодня эта тема появилась?
— До последних лет общим мнением в России было как раз следование линии на осуждение советско-нацистского пакта, а государственно-исторический нарратив, посвящённый тому периоду, в целом совпадал со «средневзвешенным» европейским (немецким). Речь шла о разделённой вине, об общих ошибках, о просчётах государств, о тоталитаризме. В настоящее время мы наблюдаем стремление к «переписыванию истории», причём с обеих сторон.
Все понимают, что дело именно в дне сегодняшнем, а не в каких-то внезапно открытых обстоятельствах первой половины XX века.
Словосочетание «историческая справедливость» само по себе лишено какого-то содержания, а в устах политиков или чиновников оно уже приобретает вполне конкретный смысл, связанный с политикой или чиновными делами, но никак не с историей или справедливостью. Впрочем, для митинга, телепередачи или выступления в Госдуме подойдёт, а большего, надо полагать, и не требуется.
Упоминание о давлении внешних сил депутат Журавлёв относит к событиям тридцатилетней давности. Это известная точка зрения, предполагающая, очевидно, и основную роль «заграницы» в развале СССР. Оставив эти идеи за скобками, заметим, что как раз именно сегодня, когда обострились «войны исторической памяти», в России стали переосмысливать значение пакта Молотова-Риббентропа в положительном контексте (всего несколько лет назад, напомню, пакт считали весьма стыдным эпизодом советской дипломатической истории). Иными словами, гораздо более обоснованным было бы говорить о том, что как раз нынешняя реинтерпретация советско-германского пакта является результатом «давления со стороны внешних сил», а точнее — ответом на это давление.
«СП»: — Может, пора и другие акты «посыпания головы пеплом» нивелировать? Как, например, насчет признания Катыни?
— Если кто-то хочет усугубить и без того скверные отношения с Польшей, можно дойти до многого. Благо, совместная малоприятная история у нас достаточно длинная и к советскому периоду не сводящаяся. Правда, при нормализации отношений России с коллективным Западом нужно будет в очередной раз «обратно переписывать» историю под эгидой того, что в прошлый раз во всём было виновато пресловутое «давление со стороны внешних сил», как говорит депутат Журавлёв…
Русская история, во всём её многообразии, нужна русским всё-таки не «чтобы позлить поляков» или «дать отповедь плохим депутатам Европарламента», а для самих себя.
В истории важны как положительные, так и страшные примеры. Вытеснение всего плохого куда-то вовне себя — к проискам немцев, поляков, американцев или космополитов-антисоветчиков — вряд ли достойное дело для взрослой, сознательной нации.
Упоминание о давлении внешних сил депутат Журавлёв относит к событиям тридцатилетней давности. Это известная точка зрения, предполагающая, очевидно, и основную роль «заграницы» в развале СССР. Оставив эти идеи за скобками, заметим, что как раз именно сегодня, когда обострились «войны исторической памяти», в России стали переосмысливать значение пакта Молотова-Риббентропа в положительном контексте (всего несколько лет назад, напомню, пакт считали весьма стыдным эпизодом советской дипломатической истории). Иными словами, гораздо более обоснованным было бы говорить о том, что как раз нынешняя реинтерпретация советско-германского пакта является результатом «давления со стороны внешних сил», а точнее — ответом на это давление.
«СП»: — Может, пора и другие акты «посыпания головы пеплом» нивелировать? Как, например, насчет признания Катыни?
— Если кто-то хочет усугубить и без того скверные отношения с Польшей, можно дойти до многого. Благо, совместная малоприятная история у нас достаточно длинная и к советскому периоду не сводящаяся. Правда, при нормализации отношений России с коллективным Западом нужно будет в очередной раз «обратно переписывать» историю под эгидой того, что в прошлый раз во всём было виновато пресловутое «давление со стороны внешних сил», как говорит депутат Журавлёв…
Русская история, во всём её многообразии, нужна русским всё-таки не «чтобы позлить поляков» или «дать отповедь плохим депутатам Европарламента», а для самих себя.
В истории важны как положительные, так и страшные примеры. Вытеснение всего плохого куда-то вовне себя — к проискам немцев, поляков, американцев или космополитов-антисоветчиков — вряд ли достойное дело для взрослой, сознательной нации.
История: Россия вновь оказалась рядом с позором Цусимы
Новости политики: Чехи в самом центре Европы решили поиграть с русским атомом в «русскую рулетку»
